Апостол трижды отрекшийся от христа. Почему Пётр трижды отрёкся от Христа, и был прощён, а Иуда — нет

Храм Илии пророка – <

Апостол трижды отрекшийся от христа. Почему Пётр трижды отрёкся от Христа, и был прощён, а Иуда — нет

Отречение и предательство

Проповедь на 2-ую Пассию

(Евангелие от Марка)

чтец Сергий 

Во имя Отца и Сына и Святого Духа

«Один из вас предаст Меня»,- говорит Господь на Тайной Вечере Своим ученикам.

Дорогие братья и сестры, страдания Христовы – это духовная бездна, которую не может описать ни одно человеческое слово. Попробуем остановить свое внимание на одном событии, которое было в ночь страданий Господа.

«Один из вас предаст Меня» – эта речь Спасителя на Тайной вечери была обращена к апостолам, эти слова пронзили душу каждого возлежащего на вечери.

«Все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь…»,- сказал Христос. Послышался ответ Апостола Петра: «Если и все соблазнятся, я один никогда не соблазнюсь». В ответ Апостол услышал страшное предсказание, Господь ему сказал: «Говорю тебе, Петр, что не пропоет еще петух, как ты уже отвергнешься Меня троекратно». Однако же, Апостол не верил и настаивал на своем.

Нет сомнения, в такой уверенности апостола Петра. Он так любил своего Учителя, что готов был и в темницу и на смерть идти. Петр говорил от всей души, и он тут бы, действительно, пошел на смерть с Учителем, но он не знал еще себя самого, не знал, насколько неустойчива наша человеческая природа.

В саду Гефсиманском Господь проверяет веру Петра, его уверенность в клятве, сказанной на вечери, Он с кротким упреком обращается к нему: «Симон, ты спишь?» Он как бы говорит: «Давно ли ты клялся, что всюду за Мной пойдешь, а теперь ты и одного часу не мог побдеть со Мною?»

Но вот кончилась Гефсиманская молитва. Пришел Иуда предатель с врагами Христа Спасителя и, поцеловав Его, предал им. Все апостолы разбежались. Но Евангелие говорит, что Петр «шел за Ним до двора архиереева» и вошел туда, чтобы видеть, чем все это кончится.

Тут подошла к нему одна служанка и сказала, что и он был с Иисусом Галилейским; и тот, кто всего несколько часов тому назад клялся, что он и в тюрьму и на смерть пойдет, испугался и говорит: «Не знаю, что ты говоришь».

Посмотрите, того, кого Христос назвал «камнем», кто первый исповедал Христа, как Бога; на вере которого Господь обещал создать Церковь, которую не одолеют врата адовы мы видим человекаслабого духом и говорящим ложь.

Опять ему вторично говорят, что он был с Ним, но Петр снова отрекся. Наконец ему стали настойчиво говорить: «Ты несомненно был с Ним, ибо ты галилеянин и даже произношение, выдает тебя».

И тогда, как говорит Евангелие, Петр стал клясться и божиться, что он не знает Этого Человека. В это время запел петух.

И вспомнил Петр слова Спасителя, сказанные Им на Тайной Вечери: «Прежде, чем пропоет петух, ты трижды отречёшься от Меня».

В эту самую минуту Господь, которого вывели из дома, посмотрел на Петра. Взгляд Спасителя проник в самое сердце ученика. Стыд и жгучее раскаяние охватили его душу. Апостол вышел со двора первосвященника и горько заплакал о своём грехе…

Отречение Петра

Вчера в воскресном евангелии на утрени мы слышали как Христос восстановил его в апостольстве: «Любишь ли ты меня?» – трижды спросил Христос Петра. Тем не менее, несмотря на то что он был прощен своим Учителем, покаяние его продолжалось всю жизнь.

Святой Климент, ученик Петра, рассказывает, что апостол всю свою последующую жизнь, при первом пении петуха, становился на колени и, обливаясь слезами, каялся в своём отречении.

Быть может, в тот момент, момент отречения уста его шептали: «Господи, Ты вся веси, Ты веси, яко люблю Тя», но было уже поздно – страшное отречение совершилось. Господь Иисус Христос был осуждён на смерть.

Когда Иуда-предатель узнал о смертном приговоре, то понял весь ужас своего безумного поступка. Мучительное раскаяние овладело его душой.

Но это раскаяние было соединено в нём с отчаянием, а не с надеждой на милосердие и прощение Божие. Он потерял надежду на Бога, он потерял веру и любовь.

Иуда не мог своими человеческими силами исправить содеянное. Не найдя сил бороться с душевной мукой, в ту же ночь он повесился.

Петр и Иуда… Посмотрите как схоже их следование за Христом, как одинаково начало их апостольства, но как различен конец!

Оба – и Петр, и Иуда – были избраны Христом,

приближены к Нему,

почтены Его доверием,

отмечены Его любовью,

удостоены Его даров,

научены Им тайнам Царства Небесного,

призваны в свидетели Его чудес и исповедали Его Мессией, Христом, Сыном Бога Живаго.

«Устами апостолов» назвал святитель Иоанн Златоуст апостола Петра, произнесшего это исповедание и давшего ответ на вопрошание Господа не только от себя, но и от всех учеников. И тот, и другой по пути следования за Христом претерпевают искушения, насылаемые на них князем тьмы.

Сребролюбие Иуды превзошло все апостольские дары, которые дал ему Христос. Святитель Иоанн Златоуст говорит: «Посмотри, сколько сделал Христос, чтобы склонить его на свою сторону и спасти его:

научил его всякому любомудрию и делами, и словами поставил его выше бесов: дал власть над нечистыми духами, сделал способным совершать многие чудеса…, омыл ноги его с прочими учениками, сделал участником Своей вечери и трапезы, не опустил ничего – ни малого, ни великого; но Иуда добровольно остался неисправимым».

Как различно их покаяние! Иудино раскаяние – это не раскаяние апостола Петра, где Петр плача и проклиная себя за слабохарактерность, идет к апостолам, а осознание того, что теперь предатель остался абсолютно один. Он не нужен никому.

Он презираем всеми. Ему более не во что и некому верить и, по существу, некуда идти. Косвенным подтверждением этого вывода являются и причины самоубийств сегодня. Это одиночество и разочарование при отсутствии веры.

Иуда убил Бога в своем сердце.

Ведь оно, отречение Петрово, по существу живет в каждом человеке, в каждом из нас. Это грех человеческой немощи и слабости. Каждый раз, когда мы совершаем грех, мы предаем Господа. Грехи похожи, но они ведут к противоположным результатам.

Покаяние… Именно оно становится непреложным условием спасения, именно покаяние спасло Петра, а его отсутствие погубило Иуду! Однако, в Евангелии мы можем найти место, где сказано, что Иуда раскаялся и пошел удавился.

Раскаяться можно в неверно принятом решении, которое изменило прежний привычный ход жизни. Можно раскаяться в дурном поступке, особенно если он навредил тому, кто его совершил. Однако покаяться можно лишь пред лицом Личного Живого Бога, приблизившегося Царства Небесного. У Иуды же ни веры, ни надежды на спасения не было, осталось лишь одно отчаяние.

Проповедь Сына Божьего и начинается со слова «покайтесь»: Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное (Мф. 3, 2; 4, 17). Сам Господь определяет цель Своего первого пришествия как спасение грешников, невозможное без их покаяния: Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию (Мф. 9, 13).

Апостол Петр отрекся от Христа и, горько плача, покаялся. Смиренный мытарь, ударяющий себя в грудь и повторяющий: Боже, будь милостив ко мне грешнику! более оправдан, чем горделивый фарисей, исполняющий закон (см.: Лк. 18, 13, 14). Благоразумный разбойник, на кресте исповедавший Иисуса Господом, первым попал в рай (см.: Лк. 23, 40–43).

Покаявшийся блудный сын был почтен от отца лучшей одеждой и перстнем, и отец, заколов тельца, устроил пир в честь его возвращения (см.: Лк. 15, 21–24). Блудница, облившая ноги Христа слезами покаяния и отершая их волосами своими, была прощена со всеми своими – «многими» – грехами (см.: Лк. 7, 38–47). В каждом из этих случаев покаяние обращено к живой личности Христа.

В каждом случае оно сопровождается сокрушенным плачем и смирением.

Исполняем ли мы это? Где невинность и дух? Где вера и ревность? Сегодня мы предстоим у Креста, но кто мы? Кто мы у Креста? Ученик или предатель? Друг или наветник? Кто мы? Если мы всю жизнь проводим так, как будто не вступали в завет со своим Спасителем, если мы действуем во всем, не имея помысла ни о вечности, ни о суде Божием, то зачем являться нам теперь у Креста Христова? Зачем нам возмущать смертный покой Божественного Страдальца? Распятие становится суетным для нас. Христос распят не за нас, если нет у Его Креста места слезам покаяния. Христос распят не за нас, если нет у Его гроба ароматов чистоты и святости.

Отходя от священника на исповеди, мы считаем, что покаяние уже совершилось. Если принимать такое формальное покаяние, то никчемны все подвиги святых, преподобных.

Незачем было вставать на столп Даниилу Столпнику, не нужно было бежать в пустыню, изнемождать себя Марии Египетской, не нужны было надевать вериги апостолу Петру… Такое формальное покаяние не нужно нам, оно бесплодно, противно и не спасительно. Простое прочитывание грехов на исповеди, как правило, таково.

Оно не несет в себе той веры и надежды, которые имел апостол Петр. Вспомним еще раз: апостол Петр всю жизнь при пении петуха каялся в слезах, а Иуда погиб.

Проходит половина Великого Поста, время покаяния. Еще и еще раз нам предстоит оглянуться на себя, принести покаяние в содеянном, приблизиться к Царству Божию.

В усилиях к овладению Царством Божиим да подаст Свою всесильную помощь Господь наш Иисус Христос, которому слава и держава во веки веков

Аминь.

Назад к списку

Источник: http://ilynka.prihod.ru/propovedcategory/view/id/37579

Дело Иуды — мировое и вечное

Апостол трижды отрекшийся от христа. Почему Пётр трижды отрёкся от Христа, и был прощён, а Иуда — нет

Историю о том, как один из ближайших учеников Христа за тридцать сребреников отдал своего Божественного Учителя на распятие, знают все.

Одни считают, что своим поступком Иуда приблизил неизбежную развязку евангельской истории; другие пытаются разгадать, почему и что стоит за его действием; третьи думают, что ученик был лишь жертвой обстоятельств. Попробуем поразмышлять об этом вместе с клириком Свято-Духова кафедрального собора в г. Минске иереем Андреем Ломакиным.

 
— Отец Андрей, согласитесь, предательство не является каким-то исключительным явлением. В нашей истории и в дне сегодняшнем есть масса тому примеров.

Почему же, вспоминая братоубийцу Каина, жестокого Ирода и других отрицательных героев, мы, тем не менее, считаем предательство Иуды самым страшным грехом, который был совершён на Земле? — Положительные или отрицательные персонажи бывают в художественных произведениях, в сказках.

На их примере формируется понимание добра и зла, желание оградиться от плохого и стремиться к хорошему.

Священное писание имеет несколько другое предназначение, я бы назвал его — историей о поиске человечеством Бога и о попытке Спасителя открыть Себя людям, среди которых нет плохих или хороших, а есть — далёкие от Господа и ищущие Его, более или менее уклонившиеся во грех.

 Касательно предательства Иуды: ещё в Ветхом Завете упоминалось о том, что Христа не просто распнут, а будет тот, кто Его предаст. Однако пророчества не следует воспринимать как инструкцию на будущее: всенепременно кто-то должен попасть на роль предателя (в нашем случае Иуда подвернулся под руку).

Пророчество на самом деле — это некое предузнавание того, что будет. Сам Господь Всезнающий говорит нам о возможном предательстве близких людей. Как мы видим, это происходит и по сей день. Иуда Искариот пошёл по пути грехопадения святых праотцев Адама и Евы, возлюбивших земное пуще Небесного и отвернувшихся от удивительного дара единения с Богом.

Поэтому для христиан, центр жизни которых — Христос, Иуда совершил самый страшный грех, омерзительное деяние — предал Спасителя на смерть. 
— В последнее время у Иуды всё больше появляется защитников, считающих его всего лишь орудием Промысла Божиего. Неужели они правы? — Детально рассуждать об Иуде мы можем только на уровне гипотез и догадок, потому как в Библии сказано лишь одно — Иуда Искариот промышлял воровством. Рассуждения оправданы в том случае, если мы хотим глубже понять смысл Священного Писания. Честно говоря, мне непонятно желание некоторых оправдать Иуду. Что это даст их духовной жизни? Что принесёт христианству или библейской истории? Если бы данные изысканий расширили и дополнили картину веры, тогда это прекрасно. Но… 

— Перебью, извините, а не кажется ли Вам, что защитники Иуды таким способом пытаются оправдать свои неверие в Бога, греховность и предательство?

 — Тогда сразу возникает философский вопрос о предопределённости и свободоволии. Отбросив натянутые и утрированные доводы, я бы его так сформулировал: Иуда сам предал Христа, хотя мог этого не делать, или он тот самый бедолага, который попал на заранее запрограммированную тропу предательства? Из православного толкования отношений Бога и человека известно: каждый из нас имеет свободную волю, которая может принять или не принять волю и промысел Божий. Где доказательства, спросите вы? Достаточно вспомнить диалог архангела Гавриила с Девой Марией, когда он оповещает Её о рождении Сына Божиего и Она соглашается. Если согласие Богоматери не имело никакого значения, то его бы не приводили в Библии. Или взять, к примеру, практику написания книг Священного Писания. Есть такое понятие, как боговдохновенность, то есть книги, входящие в Библию, авторством принадлежат Богу, хотя и записаны людьми. Христиане долго спорили по поводу того, как это происходило. Одни считали, что люди были обыкновенными «печатными машинками», записывающими то, что диктовал им Бог. Другие это отрицали и утверждали, что Господь никогда не покушается на волю человека. Все Божии тексты люди записывали сознательно, обдумывая каждое слово. В пользу последней теории свидетельствуют разные стили, язык, почерки, которыми написана каждая книга. Это доказывают явные места Писаний. В одном из посланий апостол говорит: «Многое имею писать вам, но не хочу на бумаге чернилами, а надеюсь придти к вам и говорить устами к устам, чтобы радость ваша была полна» (2 Ин.1:12). Сознательное конспектирование осмысленного образа подтверждает Иоанн Богослов своей попыткой описать некое существо с волосами из змей, лицом женщины и хвостом скорпиона (см. Откр. 9, 10). Он тщательно подбирал слова из своего лексикона, чтобы понятно обрисовать своё видение. Всё это говорит о том, что человек при контакте с Богом не теряет личности, свободы воли, своего самосознания. Господь не руководит нашей жизнью, а разрешает поступить так, как мы хотим. Другое дело, что наши поступки часто обусловлены обстоятельствами, искушениями и привычками. С такого ракурса и взглянем на Иуду. Да, у него была страсть к воровству. Поэтому доверить человеку, нечистому на руку, ящик с деньгами было как минимум опасно. Но с другой стороны, никто ведь не знает, что происходило на самом деле. Возможно, Иуда был из тех людей, которые нуждаются в поощрении. А назначение его ответственным за казну апостольской общины стало своеобразной терапией, научающей относиться к деньгам без вожделения. И потом, кто знает, может, лучше Иуды никто не обходился с деньгами. Всё это догадки, так как сведения о нём крайне скупы. Говоря же о человеческих наклонностях, привычках и способности к предательству, отметим, что Иуда один из многих, но самый яркий и запоминающийся. Увы, нет людей, которых и которые не предавали хотя бы раз в жизни. Я вовсе не собираюсь сделать из Иуды виноватого, последнего грешника или безвинную жертву. Просто хочу, чтобы люди трезво взглянули на его поступок с учётом известных фактов и сделали правильный вывод. А он может быть только одним — Иуда сам принял решение, пусть даже и подстёгиваемый искушениями. Что ещё раз подтверждает: каждый из нас имеет свободу воли, и ответственность за наши поступки несут не бесы-искусители, а мы сами. 
— Но ведь предавал Христа не только Иуда. Трижды отрекался от Него и сам апостол Пётр. Что же отличает их друг от друга?  — Когда мы говорим об апостолах Иуде и Петре, которые фактически сделали одинаковое дело, — один предал, другой отрёкся, — следует учитывать так называемую необратимость греховной ситуации (впадая в грех, делаем то, что нельзя исправить). Зная греховную немощь человеческого естества, Господь всегда пытается нас удержать от злодеяния. Вспомните эпизод на Тайной вечере, когда Христос говорит Своим ученикам: «опустивший со Мною руку в блюдо, этот предаст Меня» (Мф. 26, 23). Господь тем самым показывает Иуде, что знает о его замысле, пытается пробудить в нём лучшие чувства, свернуть с пути предательства. … Иуда не кается за свой страшный грех, а только сожалеет о допущенном просчёте в результате своего поступка. Пётр трижды отрёкся от Учителя, и трижды Христос его спрашивает: «Любишь ли ты Меня?». И когда Пётр покаялся, горько оплакивал свой грех, Господь его простил и даже поставил на служение. Прощая Петру несознательный проступок, Спаситель учитывал его искреннюю любовь к Нему, самоотверженность и жертвенность. Господь всегда готов принять кающегося грешника. Рассуждая о Петре и Иуде, мы не просто вспоминаем то, что случилось две тысячи лет тому назад, мы говорим о том, что происходит с нами в настоящий момент. Как тогда перед Петром и Иудой, так и сейчас перед миром лежит всё та же дилемма: идти путём Преображения или путём выживания, путём Прощения или предательства. 
— В чём смысл поцелуя Иуды?  — Сегодня «поцелуй Иуды» стал символом коварства. А в древние времена поцелуй при встрече являлся приветствием с близким человеком, выражением любви к нему. На самом деле Иуда таким способом показал в темноте солдатам, кого им нужно схватить. По сути, Иуда сыграл роль вожатого, проведшего стражу к арестанту. 

— С церковно-богословской точки зрения сегодня к Иуде часто применяется слово «неблагодарный». Всё, что получил от Учителя за три года, в момент предательства он перечеркнул одним махом.

 — Да не только Иуда. Вспомните, ещё до входа в Иерусалим Господь исцеляет больных, даёт зрение слепым, воскрешает мёртвых, кормит хлебом тысячи человек, люди счастливы, довольные, бегут за Ним… А позже с лёгкостью кричат «распни Его». Те же неблагодарность и предательство, которые нельзя оставлять без внимания, как и поступок Иуды. Массовое сознание опасно, равно как и следование за толпой, потому что можно потерять самое дорогое. 

— Батюшка, давайте порассуждаем о предательстве в обыденной жизни.

 — Много практических выводов мы уже с вами сделали. Думаю, предательство нужно рассматривать как нарушение самой главной заповеди: любить Бога и ближнего своего. 
— Почему так происходит: никто не хотел бы, чтобы его предали, при этом предают других? — Люди всегда находятся между двух путей. Христиане поймут мои следующие размышления. Человек состоит из души и тела. Правильная иерархия — когда тело подвластно душе, а душа своим лучшим началом — духом, — обращаясь к Богу, одухотворяет и благодатствует тело. После грехопадения, как говорят нам богословы, тело стало господствовать над душой, подавлять её потребности. Конечно, христиане стараются восстановить правильную иерархию своих составных частей. Так какие два пути? Мы всегда стоим между животной и духовной жизнями. Если посмотреть на себя с физической и поведенческой точки зрения, то увидим немало анатомического подобия и животных наклонностей. Поэтому многие строят свои отношения с окружающим миром, опираясь на закон джунглей, чтобы выжить; они будут давить слабых, урывать себе лучшее. Но человек-то далеко не животное. Это существо, которому Господь доверил Свой образ и подобие. Предложил жить богоподобной жизнью. Ни много ни мало становиться богом по благодати. И на этом сложном пути работают только законы любви. К сожалению, как бы грубо это ни прозвучало, люди в большинстве своём идут на предательство, так как выбирают животный путь, им так жить проще. 
— А если человек под страхом смерти отрекается от Христа, боясь увольнения или тюремного заключения, — от близких, но при этом в душе по-прежнему их любит — это тоже считается предательством? — Позвольте мне не отвечать на этот вопрос, и вот почему. С одной стороны, мы знаем немало дискуссий после падения ранней Церкви Христа, в эпоху гонений, когда люди отрекались от Него: принимать их обратно в лоно Церкви или нет. В итоге восторжествовала практика принимать через покаяние. Здесь не всё так просто… Хорошо рассуждать на эту тему, сидя в удобном кресле. Но когда читаешь описание житий мучеников, как их пытали калёным железом, отрезали пальцы, становится жутко… Под пытками человека можно заставить сделать всё что угодно. В таких случаях люди не добровольно отрекаются от Христа. Они хватаются за любую соломинку, чтобы остаться в живых, избавиться от страха. 

— Отец Андрей, скажите, как пережить предательство? Что делать, когда часто предают?

 — Из христианского богословия известно, что человек имеет падшее, переменчивое естество, то есть непостоянен. Как говорит духовная литература, праведник не знает, до конца ли он будет праведником. Мы можем порой развернуться в противоположном направлении и даже сами не ожидать от себя такого действа. Кстати, если вы заметили, неприятности нам доставляют те, кому мы доверяем больше всего. Предают обычно самые близкие люди. Конечно, это очень больно и обидно, но не нужно отчаиваться, лучше привести себе на память, что и мы можем предать. Поэтому всегда молитесь, чтобы Господь простил тех, кто предал, и нам не дал совершить этот грех. 

— Батюшка, почему, чем ближе история человечества к развязке, тем больше предают?

 — Я бы не культивировал такие предвкушения, как конец света… Всё познаётся в сравнении. Только после досконального изучения истории христианства можно утверждать, стало ли больше иуд в мире. Предательство существовало всегда, другое дело, что сейчас, в век информации, мы об этом узнаём быстрее. Раньше на это уходили месяцы, а то и годы. Тут важно уяснить — истина у нас одна. Сколько бы недостойных примеров не было бы, нужно следовать за Христом. Чем больше мы доверимся Богу и будем жить по правде, тем меньше у нас будет повода для предательства.

Беседовала Татьяна СОКОЛОВИЧ
24.04.2019

Источник: http://www.xn--80aanubqehjxn.xn--90ais/delo-iudy-mirovoe-i-vechnoe

Толкование на Евангелие от Иоанна, Глава 18 , Гладков Б.И. – Экзегет

Апостол трижды отрекшийся от христа. Почему Пётр трижды отрёкся от Христа, и был прощён, а Иуда — нет

Отречение Петра

Между тем, пока происходил суд над Иисусом, Петр, пришедши, вероятно, с Иоанном же из дома Анны к дому Каиафы, сидел во дворе этого дома, стараясь придать себе вид постороннего человека, пришедшего на шум из одного лишь любопытства.

Слуги Каиафы часто входили в судилище и выходили из него, сообщая сидевшим на дворе все происходившее там. Петр, вероятно, весьма тревожился, прислушиваясь к их рассказам, и тем обнаружил, что не одно праздное любопытство привлекло его сюда.

Заметив его беспокойство, одна из служанок подошла к нему и спросила: «Должно быть, и ты был с Иисусом Галилеянином (69 Петр же сидел вне на дворе. И подошла к нему одна служанка и сказала: и ты был с Иисусом Галилеянином.Мф.

26:69), что так прислушиваешься ко всему, что говорят о Нем?» Петр не успел еще ответить, как один из рабов первосвященника, родственник Малха, у которого Петр отсек ухо, всматриваясь в Петра, сказал: не я ли видел тебя с Ним в саду?

Петр смутился и сказал: не знаю и не понимаю, что ты говоришь (68 Но он отрекся, сказав: не знаю и не понимаю, что ты говоришь. И вышел вон на передний двор; и запел петух.Мк. 14:68). С этими словами он встал и направился к выходу, на передний двор; и когда он подходил к воротам, запел петух.

Предсказание Иисуса об отречении Петра передано всеми Евангелистами вполне согласно; но Матфей, Лука и Иоанн ничего не говорят о том, сколько раз пропел петух, когда Петр трижды отрекся от Иисуса; Марк же, писавший свое Евангелие со слов Петра и, следовательно, лучше других Евангелистов знавший подробности этого грустного события, передает предсказание Иисуса такими словами: истинно говорю тебе, что ты ныне, в эту ночь, прежде нежели дважды пропоет петух, трижды отречешься от Меня (30 И говорит ему Иисус: истинно говорю тебе, что ты ныне, в эту ночь, прежде нежели дважды пропоет петух, трижды отречешься от Меня.Мк. 14:30). Поэтому, Евангелист Марк, повествуя об отречении Петра, отмечает подробность о том, что после первого же отречения во дворе Каиафы петух пропел в первый раз, а после третьего — во второй раз. Конечно, эта подробность, имеющая существенное значение, не могла быть забыта Петром.

Итак, Петр отрекся уже один раз от Христа; и тотчас же, как бы в напоминание ему о предсказании Иисуса и в предупреждение дальнейших отречений, раздался первый, полночный крик петуха.

Но Петр, по-видимому, не обратил внимания на это предостережение, так как тотчас, при выходе его за ворота, другая служанка подошла к нему и, обращая на него внимание стоявших у ворот людей, сказала: и этот был с Иисусом Назореем (71 Когда же он выходил за ворота, увидела его другая, и говорит бывшим там: и этот был с Иисусом Назореем.Мф. 26:71). Все присутствовавшие при этом обратились к Петру с испытующими взорами; он не выдержал их; страх обуял его, и он не только вторично отрекся от Иисуса, но даже с клятвой стал уверять всех, что не знает Сего Человека (72 И он опять отрекся с клятвою, что не знает Сего Человека.Мф. 26:72); он даже не назвал Его по имени.

Вероятно, клятвенные уверения Петра подействовали на его обличителей: они оставили его в покое, и он, спустя некоторое время, увлекаемый страстным желанием знать, что делается с его Учителем, опять вошел во двор и уселся у костра. По сказанию Евангелиста Луки, прошло с час времени (59 Прошло с час времени, еще некто настоятельно говорил: точно и этот был с Ним, ибо он Галилеянин.Лк.

22:59) после второго отречения; по словам же Евангелистов Матфея (73 Немного спустя подошли стоявшие там и сказали Петру: точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя.Мф. 26:73) и Марка (70 Он опять отрекся. Спустя немного, стоявшие тут опять стали говорить Петру: точно ты из них; ибо ты Галилеянин, и наречие твое сходно.Мк. 14:70), немногоспустя началось третье его отречение.

Петр, как уроженец и житель Галилеи, говорил на галилейском наречии, которое резко отличалось своей грубостью и неправильностью произношения некоторых звуков и даже целых слов от того арамейского наречия, на каком объяснялись тогда жители Иудеи.

Все сидевшие у костра служители первосвященника говорили, конечно, об Иисусе и, вероятно, повторяли внушенное им раньше их господином мнение о том, что Мессия должен прийти из Вифлеема, а не из Назарета Галилейского, и что Иисус как Галилеянин не может быть даже пророком.

Говоря о Галилее, не могли не обратить внимания и на Петра, своим наречием явно выдававшего себя за галилеянина; вспомнили раньше возбужденное подозрение, не ученик ли он Иисуса, и стали говорить ему: «Хотя ты и клялся, что не знаешь Этого Человека, но теперь мы догадываемся, что ты из Его учеников, ибо по твоему говору видно, что ты галилеянин».

Страх опять напал на Петра, и он же начал клясться и божиться, говоря: не знаю Человека Сего, о Котором говорите (71 Он же начал клясться и божиться: не знаю Человека Сего, о Котором говорите.Мк. 14:71).

К этому времени суд над Иисусом уже окончился, и Его вывели из судилища на двор. Тотчас же петух пропел второй раз, и Христос посмотрел на Петра.

Тут-то вспомнил Петр слово, сказанное Ему Иисусом: прежде нежели петух пропоет дважды, трижды отречешься от Меня (72 Тогда петух запел во второй раз.

И вспомнил Петр слово, сказанное ему Иисусом: прежде нежели петух пропоет дважды, трижды отречешься от Меня; и начал плакать.Мк. 14:72); он вышел вон и горько заплакал.

Святой Климент, ученик Апостола Петра, свидетельствует, что Петр в течение всей последующей жизни своей при ночном пении петуха падал ниц, со слезами каялся в своем отречении и просил прощения, хотя и получил уже его от Самого Иисуса Христа вскоре после Его Воскресения.

Петр в раскаянии обливался слезами; но как тяжело было Иисусу видеть лучшего из оставшихся одиннадцати учеников клянущимся, что не знает Сего Человека|||, боящимся даже назвать имя Его! Чаша душевных мук переполнилась.

Источник

Гладков Б.И. Толкование Евангелия. Глава 42 – Воспроизведение с издания 1907 года. М.: Столица, 1991. (с дополнениями из издания 1913 г.) – С. 620-2

Источник: https://ekzeget.ru/bible/evangelie-ot-ioanna/glava-18/tolkovatel-gladkov-bi/

17 февраля. Суд над Иисусом Христом

Апостол трижды отрекшийся от христа. Почему Пётр трижды отрёкся от Христа, и был прощён, а Иуда — нет

Святой Церковью читается Евангелие от Луки. Глава 22, с 39 по 71; Глава 23, 1 стих.

39 И, выйдя, пошел по обыкновению на гору Елеонскую, за Ним последовали и ученики Его.

40  Придя же на место, сказал им: молитесь, чтобы не впасть в искушение.

41 И Сам отошел от них на вержение камня, и, преклонив колени, молился,

42 Говоря: Отче! о, если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня! впрочем не Моя воля, но Твоя да будет.

45 Встав от молитвы, Он пришел к ученикам, и нашел их спящими от печали.

46 И сказал им: что вы спите? встаньте и молитесь, чтобы не впасть в искушение.

47 Когда Он еще говорил это, появился народ, а впереди его шел один из двенадцати, называемый Иуда, и он подошел к Иисусу, чтобы поцеловать Его. Ибо он такой им дал знак: Кого я поцелую, Тот и есть.

48 Иисус же сказал ему: Иуда! целованием ли предаешь Сына Человеческого?

49 Бывшие же с Ним, видя, к чему идет дело, сказали Ему: Господи! не ударить ли нам мечом?

50 И один из них ударил раба первосвященникова, и отсек ему правое ухо.

51 Тогда Иисус сказал: оставьте, довольно. И, коснувшись уха его, исцелил его.

52 Первосвященникам же и начальникам храма и старейшинам, собравшимся против Него, сказал Иисус: как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями, чтобы взять Меня?

53 Каждый день бывал Я с вами в храме, и вы не поднимали на Меня рук, но теперь ваше время и власть тьмы.

54 Взяв Его, повели и привели в дом первосвященника. Петр же следовал издали.

55 Когда они развели огонь среди двора и сели вместе, сел и Петр между ними.

56 Одна служанка, увидев его сидящего у огня и всмотревшись в него, сказала: и этот был с Ним.

57 Но он отрекся от Него, сказав женщине: я не знаю Его.

58 Вскоре потом другой, увидев его, сказал: и ты из них. Но Петр сказал этому человеку: нет!

59 Прошло с час времени, еще некто настоятельно говорил: точно и этот был с Ним, ибо он Галилеянин.

60 Но Петр сказал тому человеку: не знаю, что ты говоришь. И тотчас, когда еще говорил он, запел петух.

61 Тогда Господь, обратившись, взглянул на Петра, и Петр вспомнил слово Господа, как Он сказал ему: прежде нежели пропоет петух, отречешься от Меня трижды.

62 И, выйдя вон, горько заплакал.

63 Люди, державшие Иисуса, ругались над Ним и били Его;

64 И, закрыв Его, ударяли Его по лицу и спрашивали Его: прореки, кто ударил Тебя?

65 И много иных хулений произносили против Него.

66 И как настал день, собрались старейшины народа, первосвященники и книжники, и ввели Его в свой синедрион

67 И сказали: Ты ли Христос? скажи нам. Он сказал им: если скажу вам, вы не поверите;

68 Если же и спрошу вас, не будете отвечать Мне и не отпустите Меня;

69 Отныне Сын Человеческий воссядет одесную силы Божией.

70 И сказали все: итак, Ты Сын Божий? Он отвечал им: вы говорите, что Я.

71 Они же сказали: какое еще нужно нам свидетельство? ибо мы сами слышали из уст Его.

1 И поднялось все множество их, и повели Его к Пилату.

(Лк. 22, 39-42, 22, 45 – 23, 1)

После Тайной Вечери Господь со своими учениками идет в Гефсиманский сад, и там среди оливковых деревьев молится Богу Отцу. Чтобы побыть Одному, оставляет учеников позади на том расстоянии, на которое можно бросить камень. Нам нужно всегда помнить, Кем является наш Спаситель. Сказать, что Он только Бог —  неверно.

Потому что если Он только Бог и в Нем нет ничего человеческого, то надежды на спасение у нас нет.  Спасением является не только то, чтобы Бог простил нас – спасение есть единение с Богом, возможность соединиться с Божественной природой. Сами по себе мы этого сделать не можем, потому что мы Богом не являемся. Нужен Тот, Кто явится посредником между миром Божественным и человеческим.

Этим посредником и становится Спаситель, Бог становится человеком.

Читая Евангелие, мы можем видеть действие двух природ: Божественной и человеческой. И сегодня мы читаем евангельские строки о том, что во время молитвы в Гефсиманском саду кровавый пот тек по лицу Спасителя. Чрезвычайное напряжение привело к тому, что сосуды лопались под кожей.

«Отче! о, если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня! впрочем не Моя воля, но Твоя да будет» – это молитва человека Христа, но человека, который,  в отличие от других людей, отлично знает, что с Ним будет.

Все мы живем в некоем неведении: не знаем, что с нами будет через минуту, тем более через полдня, можем только предполагать и догадываться. Поэтому и смерть человеку не так страшна, как она была страшна Богочеловеку Христу. Он знал, что будет, но при этом был послушен воле Бога.

Вот подвиг! Малейшее Его желание — и все было бы по-другому. Но ради нас Он идет на этот ужас.

Устав от молитвы, Он приходит к ученикам и находит их спящими от печали. Он предсказал, что  покинет их, они знали отношение к Нему властей – просто устали и заснули. Но Господь их подвигает на молитву, чтобы не впасть в искушение, призывает быть всегда трезвыми, бодрыми и внимательными, чтобы никакие силы зла не смогли опутать и обмануть.

Тут появляется Иуда во главе отряда воинов. Он договорился, что покажет, где находится Христос: в одиночестве или с учениками. Первосвященники, как всякие лжецы, боялись народного волнения.

У них была сила внешняя, но не было внутренней силы духа, так как они пребывали во лжи, в бесовском помутнении. Иуда приходит и целует Христа: «Радуйся, Равви!» – таким образом подав знак воинам.

Но Христос говорит ему: «Иуда! целованием ли предаешь Сына Человеческого?» Христос знал, что с Иудой происходит, и давал ему понять, что у него еще есть время покаяться.

Апостол Петр со свойственной ему горячностью пытается защищать своего Учителя, отсекая ухо Малху, рабу первосвященникова. Здесь и его любовь к Спасителю, и желание быть с Ним до конца.

Мы знаем, что было дальше с апостолом, и думаю, не стоит винить его, что похваставшись любовью к Учителю, он не смог быть верным Ему до конца. Как говорил устами царя Давида Дух Святой: «всяк человек ложь». Сам человек без Бога есть существо крайне ненадежное.

Спаситель исцеляет раба первосвященникова и отдает Себя в руки воинов, говоря при этом, что Он всегда был среди них, в храме, а они пришли к Нему, как к разбойнику, с оружием и копьями.

Воины привели Иисуса в дом первосвященника и там так торопились, что даже не дождались утра, хотя по закону были обязаны дождаться. И далее – апостол Петр, испугавшись, трижды отрекается от Спасителя.

Среди своих собратьев он чувствовал себя сильным, а здесь остался один и испугался женщины-рабыни, слуг. На него никто не нападал, просто узнали его, но он боялся, что и его могут схватить и начать бить, ругать, угрожать.

Когда Господа проводили по двору, Он взглянул на апостола Петра – и вспомнил апостол, как Учитель говорил ему, что он трижды отречется от Него, и плакал горько от внутреннего стыда, от того, что увидел себя немощным.

Но мы знаем, что Петр не отчаялся, не пошел вслед своему самолюбию, как это сделал Иуда Искариотский. Он оплакивал свой грех и был прощен, и был восстановлен в апостольском звании.

Христа повели на суд, били Его, издевались над Ним, столько лжи произносили на Него, а потом требовали ответить, кто Он. Но Господь не хотел отвечать, так как слушать они не хотели. Он знал, что творилось у них внутри: сейчас они искали для себя повод, чтобы хоть как-то успокоить свою совесть.

Лишь сказал: «Отныне Сын Человеческий воссядет одесную силы Божией». Эти слова означают, что человек в лице Христа становится Богом и имеет Божественную власть и всемогущество. Иудеи провозгласили Его богохульником и повели к Пилату на смертную казнь. Благословение Господне да пребудет со всеми нами.

Расшифровка: Наталья Маслова

Источник: https://tv-soyuz.ru/peredachi/17-fevralya-sud-nad-iisusom-hristom

О предательстве, милосердии и прощении. иуда и петр – в чем разница?

Апостол трижды отрекшийся от христа. Почему Пётр трижды отрёкся от Христа, и был прощён, а Иуда — нет

Это не совсем к теме сегодняшнего начала “инквизиционного” процесса над девушками-“ведьмами” из Pussy Riot, хотя отношение имеет.

Малолюди стали думать сейчас о том, что хорошо, а что плохо, что высоко, а что низко. Ради выгоды и удобства многие на все готовы, не так ли? Некоторые на все готовы даже ради саморекламы.

А  с другой стороны – вот это раздувание сверху  “священной войны путинистов против пуссинистов” – ну не спекуляция ли это на мракобесии? Где тут христианское милосердие, где прощение? Нынешние привластные деятели типа чаплиных-гундяевых дают совсем другие примеры.

Мощный нравственный заряд был в первоначальном христианстве, но его потом обмирщенные и обогатившиеся при власти клирики просто предали.Кстати, о предательстве и прощении. В Новом Завете есть два апостола-предателя, Иуда и Петр. Но судьбы у них очень разные.

Иуда сдал за 30 сребряников Иисуса тогдашней “партии власти” (его поцелуй был сигналом для “задержания лидера несогласных”). Потом он вдруг осознал тяжесть и несправедливость содеянного, бросил назад полученные деньги, “пошел и удавился”.

Тем не менее, он так и остался в веках символом предательства.

А Петр, когда Иисус был арестован, просто испугался, когда в нем заподозрили “сообщника”. Перед лицом тогдашних “силовиков” он трижды публично отрекся, сказав: “Я его не знаю!”.

Но потом, преодолев  колебания, он стал самоотверженно служить распространению нового учения.

(На фото: Троекратное отречение Петра (левая часть); Греция; XVI в.; местонахождение: Афон, монастырь Дионисиат).

Закончилась его жизнь тоже трагически. Согласно легенде, Петра распяли в Риме после пожара 64 года, когда Нерон обвинил в поджоге города христиан. Согласно этой легенде, Петр попросил лишь, чтобы его распяли не как Христа, а “менее почетно”, вниз головой.

Христос, согласно НЗ, завещал именно Петру “ключи от царствия небесного”…Два предателя-апостола, “два мира…

” В чем же между ними принципиальная разница? Вот попалось на эту тему интервью одного украинского священника, которое стоит выборочно процитировать:

Предательство — это когда кто-то обманывает доверие другого человека, относясь к нему, как к средству, а не цели

Предательство… От этого слова холодеет в груди. Сразу вспоминается предательство Иуды, а потом ещё много других: исторических и личных.

Наверное, мало кому повезло вообще не иметь личного опыта в этом вопросе.

Большинство из нас либо сами предавали, пусть ненароком, случайно, по стечению обстоятельств, либо ощущали боль от предательства ближних, окружающих — тех, от кого зависела если не жизнь, то бытование.

Трудно оказаться в роли преданного, ещё труднее — в роли предателя. Но, порой, мы даже не отдаём себе отчёта в том, что это уже случилось…

О предательстве мы беседуем со священником ФЕОДОРОМ ЛЮДОГОВСКИМ, преподавателем и клириком МДАиС.

— Давайте попробуем определить, что такое предательство. 

— Я бы сказал так: предательство происходит тогда, когда кто-то обманывает доверие другого человека, относясь к нему, вопреки категорическому императиву Канта, не как к цели, а как к средству.(…)— Предательство Петра и предательство Иуды — в чем разница?— Разница, во-первых, в причинах. Мы не знаем всех мотивов и мыслей Иуды, но очевидно, что деньги сыграли здесь существенную роль. Поступок Иуды был обдуман, спланирован и успешно осуществлён. Отречение же Петра имело причиной страх — в общем-то, извинительное чувство. С его стороны это было спонтанной реакцией на опасность. Осознав свой проступок, своё предательство, Пётр со свойственной ему эмоциональностью и порывистостью тут же раскаялся в нем. Во-вторых, есть разница в дальнейшем поведении. Иуда, видя, какой оборот приняло дело (возможно, для него это было неожиданностью), «раскаявшись», как говорит Писание, вернул деньги первосвященникам и старейшинам со словами: «Согрешил я, предав кровь невинную». Он осознал свой грех, но ему, судя по всему, даже не пришло в голову попросить прощения у Учителя. И, скорее всего, причиной тому был не страх ареста, пыток и казни (как это было с Петром): муки совести, которые он претерпевал, были значительно сильнее тех мучений, которые могли причинить ему палачи. Нет, он просто решил: «Такое не прощают». Конечный итог нам известен: Иуда покончил с собой.Пётр, напротив, как будто не проявляет никаких внешних признаков раскаяния, кроме горьких рыданий — но дорого ли они стоят? Он не пытается более следовать за Иисусом; он, как и прочие ученики (кроме Иоанна), побоялся подойти ко кресту. Не он снимает с креста тело Учителя; не ему приходит в голову мысль помазать тело благовониями. Но он остаётся вместе с другими учениками, с общиной, главой которой до недавнего времени был Иисус. В сердце Петра есть скорбь, есть стыд, но нет отчаяния. Он помнит, хотя и не постигает, слова Учителя о воскресении. Он не теряет надежды на прощение. И он получает желаемое: его, уже и не ученика вовсе (ангел, явившийся мироносицам, говорит: «Идите, скажите ученикам Его и Петру…»), Иисус сам спрашивает… — о чем? О причинах предательства? О гарантиях того, что подобное не повторится впредь? Нет — о любви. «Симон, сын Ионы, любишь ли ты Меня?». И ответ у Петра может быть только один: «Да, Господи, Ты знаешь, что я люблю Тебя».(…) — А что сложнее: простить другого или простить себя? На чем основано прощение в том и другом случае?— Что сложнее — не знаю, ситуации могут быть очень разными. А на чем основано прощение… Тут надо сперва понять, что значит простить. Может быть, разобраться в этом будет легче, если мы посмотрим вот с какой стороны. Каждый христианин совершает те или иные грехи. Он приходит на исповедь в надежде на прощения Богом этих грехов. Что значит, что Господь простил грех? Это значит, как мне представляется, что Господь относится к нам так, как если бы этого греха не было вовсе. Можно сказать даже так: Своим прощением Бог изменяет прошлое. Вот стоят Иван или Марья, очищенные от грехов в таинстве покаяния. Ведь нет на них греха? Нет. Ну так и не было ничего! И не морочьте голову. Вот так же, думается, и мы должны относиться к обидчикам и к себе. После каждого греха, после каждой обиды, после предательства даже — вновь и вновь, вопреки очевидности, вопреки логике, — верить человеку, вновь и вновь строить с ним отношения с чистого листа, вновь и вновь изменять прошлое. Не было греха! Не было предательства! Ничего не было. Вот он, мой ближний, предстоящий Богу. Вот я грешный, я — и мой Спаситель. Он пришёл, чтобы спасти меня и его — и, я уверен, Он спасёт нас. Трудно выработать в себе такое отношение к человеку? Не то что трудно — невозможно. Но невозможное человекам возможно Богу.— Когда-то где-то мне довелось прочесть утверждение, что простить можно только того, кто просит прощения, кто осознаёт свою вину и раскаивается. А как вы думаете, если человек причинил страдания и вред, но не раскаивается, не извиняется, можем ли мы его простить? В чем разница между двумя видами прощения: кающегося и нераскаянного человека?— Разница существенная. Дело в том, что Господь настаивает на активном выяснении отношений, а не на молчаливом всепрощении. «Если, — говорит Он, — согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрёл ты брата твоего; если же не послушает, возьми с собою ещё одного или двух, дабы устами двух или трёх свидетелей подтвердилось всякое слово; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Мф. 18:15—17). Т. е. упорство в грехе, гордость, нежелание признать свой проступок — всё это ведёт к разрыву отношений. Человек с милостивым сердцем, конечно, даже и в таких условиях может простить своего обидчика — но последнему, скорее всего, это не принесёт никакой пользы, а лишь подаст повод для озлобления.(…) — И в заключение: можно ли сказать, что в наши дни представления о предательстве изменились по сравнению с предыдущими эпохами?— Не совсем так. Я бы сказал, что изменилось восприятие поступков, которые раньше однозначно бы воспринимались как предательство. Если вернуться к началу нашего разговора, то мы определили предательство как обман, надругательство над чьим-либо доверием. Так вот: сейчас, как кажется, люди меньше склонны верить друг другу, раскрываться навстречу друг другу. Муж ушёл от жены — ну что же, их брак исчерпал себя. (И, что характерно, так думают не только «третьи лица», но и сами супруги.) Человек перешёл на другую работу — ну что же, каждому необходим карьерный рост, прибавка в зарплате и проч. И уже исчезает отношение к работе как к общему делу, как к служению. Мать отказалась от ребёнка в роддоме — ну что же, зато родила, не сделала аборт; это, в конце концов, её право. И так далее. Т. е. существенным образом изменились представления о некоторых типах человеческих отношений. Налицо желание максимально освободить себя и других от ответственности: «так сложилось; это его право; лучше так, чем по-другому».— А надо ли стараться вернуться назад, к более острым и более ответственным человеческим отношениям?— Думаю, что да, хотя и не во всем это возможно и желательно. Выше я привёл пример с работой — он, наверное, создаёт диссонанс рядом с двумя другими, куда более трагическими. И в самом деле, отношение к работе сильно зависит от типа общества, от взаимоотношений людей. Для японца фирма, корпорация — это (говорят) как семья. А для американца — only business. И здесь вряд ли имеет смысл что-то менять. Но именно в межличностных отношениях — да, конечно (…)

Беседовала Светлана Коппел-Ковтун

Конец цитаты.

Можно, конечно, в чем-то не согласиться. Но задуматься, наверное, стоит?

Источник: https://ashpi.livejournal.com/212404.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.